FolkMusic

Сайт о русской народной музыке...

Ай, отчего-те зима да зачалася

Ай, отчего-те зима да зачалася
А и красно лето состоялось?
Зачалася зима да от мороза,
А и красно лето от солнца,
Ай богатая осень от лета.
И по тыя-то осени богатой
Вылетала малая птица,
А и малая птица певица;
Садилась в зелену садочку,
А на тое на дерево калино,
А и начала пети-жупети,

Всякими она-те ясаками.
Ай услыхали русския птицы,
Сбиралися стады они стадами,
Прилетали к зелену садочку,
Ай садились птицы рядами,
В одну сторону да головами;
А начали пети-жупети,
Заморскую птицу пытати:
«Ай, малая птица певица!
Скажи Божью правду, не утайся:
Кто у вас за морем большие,
Кто за Дунаецким меньшие?»
А ответ держит птица певица:
«Глупыя вы русския птицы!
А зачем же сюда да прилетали,
Зачем про сине море спрошали?
Все у нас за морем большие,
Все за Дунаецким меньшие.
Ай крестьяна у нас по деревням,
А десятски у нас по селеньям,
Ай старосты у нас по волостям,
Попы, дьяки у нас по погостам,
Старцы-игумны в монастырях,
Подьячие люди по присутствам,
А гости торговы по посадам;
Воеводы живут у нас по мызам,
Солдаты идут по походам,
Цари да царствуют по царствам;
А все-ль-то у нас они по службам,
Все-ль-то у нас и по работам.
А еще бы за Дунаецкиим морем
Белый-ет колпик был царик,
Белая колпица — царица;
А гуси-ты на море бояра,
Лебеди — боярецкия жены,

Соловей при них веселыи:
Во всякия игры играет,
Все ведь он бояр и спотешает;
Воробьи — боярски холопы:
Колье-жердье да работали,
Крестьянски конопля разбивали,
Оттого сыты пребывали;
А голубчик-от на море — попик,
Голубушка-та была попадьюшка,
Ай косачки — дьячки церковны,
Тетерки-ты — дьяческия женки,
Кулик — пономарь церковный;
А травник-от был протаможник,
А терпук-от был ведь трапезник,
А канюк-от был целовальник,
Рябчик-от на море — стряпчий,
А ластушки — красны девицы,
Утки да были молодицы,
Селезень — гость торговый:
Ай по синему морю ведь он плавает,
Всякими товарами торгует;
Чайки-ты были водоплавки,
Гагары-ты были рыболовки:
А с озера в озеро ныряли,
Всяку они рыбу добывали;
На горе их рыба не бывала,
А в торгу их рыбы не видали,
Крестьяна их рыбы не едали;
А журавль-ет был перевощик:
По синему морю ведь он бродит,
Русския птицы перевозит,
Цветнаго платия не мочит;
Галицы были черницы,
Черные вран — да игумен,
А ястреб был и атаманом,

А филин-от — тать да разбойник,
Сокол-от скорыи посланник,
Орел-от на море налетник:
Единожды в год прилетает,
А велику себе дань собирает —
По три головы да по четыре,
Иногда по целому десятку;
А мошник-от на море — крестьянин,
Коппала — крестьянская женка,
А синька — б.... полежлива:
Часто лежит она, хворает,
Долго она не пропадает,
Работы работать она не может,
Казака нанять она не смыслит;
Дрозд-от у ней казаченко,
День-то он, ночи работает,
Гроша от найму да не видает;
Кокуша — победна горюша:
Много она яиц выкладает,
А счету во яицах не знает,
Детей выводити не умеет;
Куропать — бобыль безпоместный:
Штаники он носит с напусками,
Из куста в куст перебродит,
Поместья себе да не имеет;
Дятел-от на море — плотник,
Желна-та — церковный строитель:
По темному лесу летает,
Всяко она дерево пытает,
Церквы-соборы работает;
Сорока — кабацкая женка:
Черные чоботы держала,
С ножки на ножку скакала,
На груди подолы подымала,
Молодых ребят приманяла;

Без калача да есть не сядет,
Без молодца да спать не ляжет;
Пеш же она, к...., не ходит,
Все-ль-то едет на подводах,
А пара у ней коней вороныих,
Извощички — ребята молодые;
Ворона-та на море — бабка:
Когти толстые, грязные,
Порядню-ту водит худую;
Петухи — казаки донские:
То-то молодцы да удалые,
По многу жен они содержат,
По три жены да по четыре,
Иной и до целаго десятка,
А всех нарядити он умеет,
Всема разрядити разумеет;
Не так как на Руси у мужа
Одна его бажоная женушка, —
И той нарядить он не умеет,
На работу разрядить не разумеет;
А курица — последняя птица:
Кто ни ею да поимает,
Всякой в дыре да ковыряет,
Все из яица бедну пытает,
Любимым зятевьям и припасает.
Лев-тот на море мясник был,
Медведь-ет был кожедерник:
Много он кож придирает,
Сапогов на ногах не видает.
Волк-тот на море овчинник:
Много он овчин придирает,
Ай шубы он на плечах не видает,
Велику себе стужу принимает.
Олень-ет — скорыи посланник,
Зайко-то на море — калачник,

А ножки тоненьки, беленьки,
Калачики пекет он и мяконьки;
А лисица — молода молодица:
Долог хвост — и не наступит,
Сделает вину — она не скажет;
А собака-та — зла лиха свекрова:
День она, ночи варайдает,
Дела никакого не скажет.
Ай кошки эти были вдовицы,
То-то сироты да бобылицы:
Днем кошки лежат по печкам,
Ночью пойдут по добычкам,
А криночки-горшочки открывают,
Без ложки сметанку снимають;
За то же их бьют и безпощадно.»

А всем молодцам был и роспуск,
Всем удалым был и розезд:
Красным девицам по теремам,
Ай молодым молодцам был по лавкам,
А молодыим молодкам по скамейкам,
Старым старикам и по полатям,
Старым старушкам по печкам.
То-то старуха на печке,
То-то старухе надо ества —
Кринка овсянаго теста;
А ела бы старуха, молчала,
Молчала бы старуха, не ворчала ...тпру!

Олонецкая губерния. Гильфердинг, № 62